S. K. Sofoterov and the Russian Red Cross Society in Serbia (1910–1940)
Table of contents
Share
Metrics
S. K. Sofoterov and the Russian Red Cross Society in Serbia (1910–1940)
Annotation
PII
S013038640012700-8-1
DOI
10.31857/S013038640012700-8
Publication type
Article
Status
Published
Authors
Galina Shevcova 
Affiliation: Institute of World History, RAS
Address: Russian Federation, Moscow
Edition
Pages
188-195
Abstract

The article is devoted to the activities of the Russian surgeon, medicine doctor S. K. Sofoterov as a participant of sanitary missions and institutions of the Russian Red Cross Society (RRC) in Serbia from the First Balkan War to the Second World War. S. K. Sophoterov gained his work experience in the Red Cross while he was a student of the Medical Faculty, Tomsk University. The Russo-Japanese War (1904-1905) began, and he got a job as a resident in the surgical department of the Community of the Sisters of Charity in Tomsk. Around the same time, he began to engage in scientific work. The news of the beginning of the 1st Balkan War (1912-1913) found him in Vienna, where he was trained in one of the leading clinics. The head office of the Russian Red Cross Society appointed Sophoterov the senior doctor of the infirmary of the Kaufman Community of the Sisters of Charity and ordered him to assume the position immediately. During this period, S. K. Sophoterov demostrated not only his professional skills, but also analytical abilities: his reports contained both information on the current work of the infirmary and suggestions for improvement.

To some extent his biography was typical for a RRC surgeon: he had to take part in all wars in the beginning of the 20th century in the Balkans. A notable contribution to the charity activity was made by Sofoterov during the First World War. He is the author of the plan of sanitary rehabilitation of a temporary Serbian capital - Nish city and its surroundings - at the time of typhus epidemics in 1915; thanks to his efforts the Russian hospital in Saloniki was expanded, the assistance to the ill and wounded Russian and Serbian warriors was arranged. After leaving Russia, he worked in RRC clinic in Belgrade and was engaged in research.

Keywords
S. K. Sofoterov, Russian Red Cross Society, sanitary rehabilitation plan of Nish, St.-Petersburg Kaufmann Community, RRC clinic in Serbia
Received
02.11.2020
Date of publication
07.12.2020
Number of purchasers
4
Views
94
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf 100 RUB / 1.0 SU

To download PDF you should sign in

Full text is available to subscribers only
Subscribe right now
Only article
100 RUB / 1.0 SU
Whole issue
880 RUB / 16.0 SU
All issues for 2020
4224 RUB / 84.0 SU
1 Впервые Российское общество Красного Креста (РОКК) оказало помощь Сербии во время сербо-турецкой войны 1876-1877 гг. как Общество попечения о больных и раненых воинах. С этой поры и до конца 1917 г. не было ни одного военного конфликта на Балканах, в котором русские врачи и сестры милосердия РОКК не облегчали бы страдания своих православных братьев.
2 Биографию доктора медицины Сергея Квинтилиановича Софотерова в какой-то мере можно назвать типичной для сотни врачей-хирургов, работавших в этой организации: его коснулись все войны начала ХХ в. Высокий профессионализм и организаторский талант сделали его заметной фигурой среди сотен коллег, а исторические события, участником которых он стал, вызывают интерес к его биографии.
3 Некоторое материалы о С. К. Софотерове, в том числе его письма и отчеты, хранятся в Российском государственном военно-историческом архиве (РГВИА), Государственном архиве Российской Федерации (ГА РФ), архиве Музея Сербского общества врачей в Белграде. За последние пятнадцать лет данные о профессиональной деятельности С. К. Софотерова публиковались в биографических справочниках и словарях1. Тем не менее, его работа под эгидой Российского общества Красного Креста, особенно в годы Первой мировой войны и 20-30-е годы ХХ в. еще нуждается в изучении и уточнении – пока нам доступны только отдельные факты.
1. Профессора медицинского факультета Императорского (государственного) Томского университета - Томского медицинского института - Сибирского государственного медицинского университета (1878-2003): биографический словарь в 2 т. Т. 2. Томск, 2004; Российские врачи в королевстве сербов, хорватов и словенцев / Югославии. Биографический словарь и анкеты (1818-1946). Белград-Москва, 2012.
4 С. К. Софотеров родился 8 (20) декабря 1879 г. в Самаре в семье протоиерея, настоятеля Спасо-Преображенской церкви. Сергей Квинтилианович закончил духовную семинарию (1899) и поступил на медицинский факультет Томского университета, который окончил со степенью лекаря с отличием (1904)2.
2. Российские врачи в королевстве сербов, хорватов и словенцев / Югославии. С. 341.
5 Еще будучи студентом, в 1902 г. С. К. Софотеров поступил на работу ординатором при хирургическом отделении больницы Томской общины сестер милосердия общества Красного Креста (1902-1910). За свою деятельность на этом посту во время русско-японской войны (1904-1905) он был награжден знаком Красного Креста 2-й степени (1908).
6 С 1904 по 1911 гг. С. К. Софотеров числился сверхштатным ассистентом (на правах лаборанта) на медицинском факультете Томского университета, где занимался научной работой. Сферой его интересов была сосудистая хирургия. В 1910 г. Софотеров защитил диссертацию «К вопросу о сосудистом шве» и получил степень доктора медицины3.
3. Профессора медицинского факультета Императорского (государственного) Томского университета. С. 311.
7 В биографическом словаре медицинского факультета Императорского Томского университета содержатся сведения о том, что с 1911 по 1913 гг. Софотеров занимал должность приват-доцента на кафедре хирургической патологии и десмургии с учением о вывихах и переломах Томского университета, в 1913 г. был уволен из университета и причислен к министерству народного просвещения4.
4. Там же. С. 310-311.
8 Из опубликованной анкеты Софотерова известно, что в начале 1912 г. короткое время он проработал в петербургской Мариинской больнице для бедных. Затем ему подвернулась возможность повысить свой профессиональный уровень в одной из клиник Вены, к стажировке в которой он приступил в мае5 Почему он еще почти год числился в Томском университете, не установлено.
5. Российские врачи в королевстве сербов, хорватов и словенцев / Югославии. С. 342.
9 25 сентября (9 октября) 1912 г. началась Первая балканская война за освобождение балканских народов от турецкого владычества. Софотеров получил телеграмму Главного управления РОКК с предписанием отправиться на театр военных действий6.
6. Российский государственный военно-исторический архив (далее – РГВИА). Ф. 12651. Оп. 1. Д. 1481. Л. 129 об.
10 Он был назначен старшим врачом этапного лазарета Кауфманской общины имени Е.М. Терещенко с семьей предназначенного для работы в Сербии. Позже канцелярия ГУ РОКК выдаст Софотерову удостоверение о нахождении на службе Российского общества Красного Креста с 17 октября 1912 г. по 5 мая 1913 г.7
7. Там же. Д. 1473. Л.180.
11 К месту службы врач прибыл вместе с женой, лютеранкой Люцией Крейсер, урожденной Лисснер, прусской подданной. В течение всей жизни она следовала за мужем, была его другом и соратником. В частности, в период балканских войн она помогала в составлении финансовых отчетов.
12 24 октября 1912 г. санитарный отряд Кауфманской общины выехал из Петербурга в Белград, где получил от сербских властей предписание отправиться в Скопье. В помещении турецкой школы был развернут лазарет на пятьдесят мест, работавший с 3 ноября 1912 г. по 24 февраля 1913 г. За это время помощь получили 275 стационарных больных и 123 амбулаторных. При русском медицинском учреждении работала аптека, где лекарства по назначению врача выдавались бесплатно8.
8. Там же. Д. 1521. Л. 35-36.
13 Сергей Квинтилианович был человеком активным и думающим. Его отчеты и письма особоуполномоченному РОКК генерал-майору П. А. Тыртову содержат не только подробную информацию о текущей работе лазарета, но и предложения по ее улучшению. Некоторые из них вошли в докладные записки председателю РОКК А. А. Ильину и стали основой для переговоров Тыртова с сербским военно-санитарным командованием.
14 О характере Софотерова говорит и следующий эпизод: воодушевленный самоотверженной работой персонала, Сергей Квинтилианович принимает решение выплатить жалование сестрам милосердия полностью, без удержания в пользу общины, как это полагалось по соглашению с РОКК. Не получив причитающихся средств, Кауфманская община отправила запрос в ГУ РОКК. Когда недоразумение выяснилось, С. К. Софотеров получил копию письма старшей сестры общины А. Филипповой в Российское общество Красного Креста с просьбой «известить старшего врача лазарета им. Терещенко с семьей, чтобы впредь не выдавал жалование сестрам милосердия полностью… Тяжелые условия работы сестры не могут вызывать повышение им жалования, так как труд сестры не есть труд оплачиваемый деньгами, а труд идейный»9.
9. Там же. Д. 1500. Л. 140-140 об.
15 По распоряжению сербской Верховной команды от 19 февраля 1913 г. санитарному отряду Кауфманской общины Красного Креста надлежало сопровождать 1-ю сербскую армию в Черногорию, под Скутари. На следующий день лазарет был свернут, больные и раненые переведены в другие лечебные учреждения, а отряд был снабжен всем необходимым для похода с передового склада РОКК на Балканах. 24 февраля вместе с санитарным отрядом имени Москвы они выехали в Салоники. На всем пути следования персонал русских отрядов оказывал медицинскую помощь больным и раненым сербским воинам.
16 Штурм Скутари под давлением европейских держав был отменен, санитарный отряд Кауфманской общины был возвращен порт в Сан- Джованни-ди-Медуа, где в палатке открыл амбулаторный прием для раненых. За 12 дней было принято 649 человек10.
10. Там же. Д. 1521. Л. 36.
17 17 апреля 1913 г. в порт пришло российское госпитальное судно «Петербург», чтобы по просьбе сербского правительства забрать около тысячи раненых воинов, треть которых была больна тифом.
18 Из 860 больных и раненых сербских воинов, погруженных на «Петербург» 18 и 19 апреля, в ведение отряда Кауфманской общины поступило 200 человек, из которых только 95 были ранены, остальные поправлялись после тяжелых заболеваний – тифа, воспаления легких и т.д. Не остались без работы и три других русских санитарных отряда, командированные РОКК сопровождать больных и раненых сербов в Салоники. В пункт назначения «Петербург» прибыл 22 апреля. Раненым предстоял путь в Сербию, а санитарные отряды возвращались в Москву.
19 С. К. Софотеров принял решение остался в Греции. Во время пребывания в Салониках, он посетил практически не работавшую из-за отсутствия средств после балканских войн русскую лечебницу во имя св. Димитрия Солунского и решил в ней остаться, с головой погрузившись в лечебные и организационные вопросы11.
11. Там же. Д. 1473. Л. 222.
20 3 декабря 1913 г. Сергей Квинтилианович пишет письмо председателю ГУ РОКК А. А. Ильину: «Судьба так устроена, что, собравшись ехать в Петербург, я очутился здесь. Попал сюда совершенно неожиданно. Пока доволен и делом, и местом. Лечебницу приходится поднимать, главное, воевать по финансовым вопросам: устроили большие долги, а деньгами не обеспечили. Теперь озабочен пополнением инвентаря. При сем посылаю в управление прошение о разрешении приобрести кое-что из главного склада: медикаменты, белье и прочее. Не знаю, возможно ли это… Совсем исстрадавшись работать в Санкт-Петербурге (меня перевели из Томска, прикомандировали к министерству) я теперь только чувствую вину за собой: не успел кончить начатую работу по военно-полевой хирургии на основании имеющихся историй болезней»12.
12. Там же.
21 Заслуги старшего врача санитарного отряда Кауфманской общины были высоко оценены ГУ РОКК. 24 июля 1914 г. его наградили знаком Красного Креста 1-й степени «за отлично-усердную службу на театре военных действий на Балканах»13.
13. Там же. Оп. 2. Д. 294. Л. 42, 157.
22 В период июльского кризиса на Балканах Софотеров обратился в РОКК с просьбой командировать его в распоряжение Сербского Верховного Командования. Менее чем через месяц, вместе с двумя сестрами милосердия Кауфманской общины он прибыл в Ниш14, где возглавил хирургическое отделение 1-й резервной больницы.
14. Петроградские ведомости. 24.VII (6.IX).1914. С. 3.
23 С разрешения Министерства иностранных дел Софотеров взял с собой два вагона санитарных материалов15, что позволило приступить к лечению сербских раненых воинов немедленно. До прибытия первых русских санитарных отрядов в конце сентября 1914 г. это была работа на износ, без выходных, практически 24 часа в сутки.
15. Софотеров С. К. Письмо неизвестному адресату. 1925. 26 декабря. с. 2 // Архив Музеjа Српског Лекарског Друштва (Београд). МНТ.Т.180.134.221.
24 Вновь назначенный посланник при сербском королевском дворе князь Г. Н. Трубецкой привлек Софотерова к работе в Комитете помощи сербам и черногорцам при российской императорской миссии, призванном координировать распределение благотворительной помощи из России.
25 Учитывая опыт Софотерова в период балканских войн и знакомство с местными условиями, посланник Трубецкой добился от ГУ РОКК назначения Сергея Квинтилиановича консультантом всех русских отрядов в Сербии. В условиях стремительно развивавшихся с ноября эпидемий брюшного, возвратного и сыпного тифа Софотеров активно включился в реализацию мер по их локализации и ликвидации, подтвердив правильный выбор посланника.
26 По данным сербкой военно-санитарной службы, жертвами эпидемии с конца зимы 1914-1915 гг. стали более 150 000 человек гражданского населения, 35 000 военнослужащих и более 30 000 военнопленных. Пострадали и сербские врачи. Из 450 специалистов умерло 122. Анализируя ситуацию, российский посланник Трубецкой пришел к выводу, что сербские власти упустили момент, когда могли справиться с этой задачей самостоятельно16.
16. Архив внешней политики Российской Империи (далее – АВПРИ). Ф. 133 (Канцелярия). Оп. 470. Д. 64. Л. 5.
27 Софотеров по заданию Трубецкого разработал план санитарного оздоровления Ниша и его окрестностей. Это был самый сложный регион Сербии. В самом начале войны в Ниш переехало правительство, а за ним дипломатический корпус, сотни тысяч беженцев, десятки тысяч военнопленных. В городе располагались десятки больниц и госпиталей, переполненных больными и ранеными.
28 В основе плана С. К. Софотерова лежал земско-участковый принцип, прекрасно зарекомендовавший себя во время эпидемий в России. 8 февраля 1915 г. проект был одобрен сербским правительством.
29 Кроме осуществления санитарных и медицинских мер, Софотеровым был предусмотрен целый комплекс благотворительных мероприятий, на осуществление которых, по его собственному признанию, пожертвования из России потекли рекой17.
17. Софотеров С. К. Указ. соч. С. 3.
30 Ниш был разделен на четыре участка, каждый из которых был поручен надзору особого врача, наделенного специальными полномочиями и снабженного персоналом дезинфекторов и необходимым оборудованием. Для координации действий с местными властями был создан особый городской совет, куда вошел и С. К. Софотеров. Также он был делегирован в Международный санитарный отдел при сербском военно-санитарном управлении, куда вошли представители иностранных санитарных миссий. Благодаря совместным усилиям сербских и иностранных врачей эпидемия тифа была побеждена к маю 1915 г.
31 В сербской историографии основные заслуги в борьбе с эпидемией тифа в Сербии в 1915 г. отдаются англичанам и до сих пор остается недооцененным русский вклад, в том числе и роль С. К. Софотерова, чей план санитарного оздоровления был принят на месяц раньше британского и по составу противоэпидемических мер был практически идентичным, о чем свидетельствует сравнение отчетов санитарных миссий княгини Трубецкой и леди Пэджет18.
18. Подробнее см.: Отчет хирургического госпиталя Красного Креста им. Русского общества и г. Москвы в Нише // Вестник Красного Креста. 1916. № 6. С. 1190-1191; Письмо А. А. Нератову из российской миссии в Сербии от 18. II. 1915 г. // АВПРИ. Ф. 146 (Славянский стол). Оп. 485. Д. 8685. Л. 62-68; Paget L. With Our Serbian Allies. London, 1915.
32 В октябре 1915 г. началось комбинированное наступление австрийских и болгарский войск на Сербию. Софотеров, как и другие русские врачи и сестры милосердия, разделил тяготы осеннего отступления сербской армии в Черногорию.
33 Сербская армия и беженцы еще не достигла Греции, а посланник Трубецкой и другие русские дипломаты уже хлопотали об открытии госпиталей для сербских воинов. Генеральный консул в Салониках В. Ф. Каль в середине декабря 1915 г. проинформировал МИД о целесообразности организации помощи сербским беженцам в русской лечебнице во имя св. Димитрия Солунского, переоборудованной в госпиталь, в Салониках. Софотерову было предложено выехать туда с двумя или тремя сестрами милосердия, имевшими опыт работы в Сербии, из Афин, где они в тот момент находились19.
19. РГВИА. Ф. 12651. Оп. 4. Д. 913. Л. 65 об.
34 Необходимые средства на работу этого медицинского учреждения на 25 кроватей20 были ассигнованы РОКК.
20. Там же.
35 Роль госпиталя значительно возросла в 1916 г., когда на Салоникский фронт были отправлены русские войска. Одной из главных задач стало обеспечение больных и раненых офицеров и солдат надлежащим медицинским уходом. Ситуация осложнялась тем, что медицинское обслуживание русских войск всецело находились в зависимости от французов, которые, по договоренности с русским военным командованием, взяли на себя эвакуацию раненых и распределение их по госпиталям.
36 В донесении генерального консула В. Ф. Каля от 16 ноября 1916 г. содержатся сведения о том, что при августовском наступлении, сопровождавшемся жестокими, кровопролитными боями, «эвакуация наших раненых и больных солдат и офицеров из округа Флорина в Салоники была поставлена ниже всякой критики: раненые лежали по целым дням на земле, часто без всякой перевязки и без пищи, за отсутствием перевязочных средств, попадали в Салоник не ранее, чем на шестой день… Эвакуированные с фронта наши офицеры и солдаты… попадали в очень тяжелые условия»21.
21. Там же. Л. 84-84 об.
37 Генеральный консул усиленно настаивал на расширении русского госпиталя до 200 кроватей. ГУ РОКК поддержало эту инициативу, предоставив необходимые средства на его содержание.
38 В донесении МИД Каль отметил, что вместе с Софотеровым они «сделали все, что могли, чтобы прийти на помощь этому благому делу и поставить нашу лечебницу на должную высоту… я с гордостью могу сказать, что больница наша является одной из лучших не только в Салониках, но и на всем Македонском фронте»22.
22. Там же. Л. 86 об.
39 Кроме русских, этот госпиталь принимал сербов и англичан, пока решался вопрос с медицинским обеспечением их армий.
40 В апреле 1917 г. С.К. Софотеров был утвержден особоуполномоченным РОКК на Салоникском фронте23. У него сложились прекрасные отношения как с командующими русских бригад, так и с сербским и французским военным командованием.
23. Там же. Оп.1. Д. 1543. Л. 132.
41 Революционные события 1917 г. застали Сергея Квинтилиановича в Салониках. Обнаруженный в семейном архиве Трегубовых (США) документ, выданный 28 февраля 1920 г. княжне Александре Алексеевне Мещерской (с 1924 г. Трегубовой), свидетельствует, что С. К. Софтотеров являлся главноуполномоченным РОКК по устройству русских беженцев на Балканы. Можно предположить, что назначение было получено весной 1919 г. с первой волной эмиграции из России.
42 Как и многие соотечественники, Софотеров оказался в эмиграции. Когда он переехал в Сербию, не установлено, возможно, в начале 20-х годов, так как в письме от 26 декабря 1925 г. из Сараево Сергей Квинтилианович отмечает, что был «представителем Российского общества Красного Креста для Сербии и Греции с 1913 по 1920 год»24.
24. Софотеров С. К. Указ. соч. С. 1.
43 Судьба РОКК оказалась не менее драматичной, чем его представителей. Декретом Совранрома от 4 января 1918 г. имущество Российского общества Красного Креста объявлялось государственной собственностью, а его Главное управление упразднялось25.
25. Голотик С.И. Российское общество Красного Креста и становление советского государственного аппарата в 1917-1918 гг. // Государственный аппарат России в годы революции и гражданской войны. Материалы Всероссийской конференции, 22 декабря 1997. М., 1998. С. 190.
44 Спустя два года РОКК было восстановлено за рубежом. После установления связи с Центральными учреждениями Красного Креста в Женеве, в Париже было собрано особое совещание и восстановлено Главное управление РОКК (старой организации)26.
26. Ковалевский П.Е. Зарубежная Россия. Париж, 1971. С. 223.
45 В Сербии Русский Красный Крест развернул свою деятельность в 1921 г., когда беженство стало массовым. В середине августа инициативная группа из деятелей РОКК (профессор В. Н. Сиротинин, сенатор С. Н. Трегубов, А. А. Леман и другие) выдвинула предложение об образовании комитета РОКК в Белграде. Сербское общества Красного Креста приветствовало эту инициативу и обещало оказать содействие. Общее собрание членов РОКК в Белграде состоялось 9 сентября 1921 г.: были избраны руководящие органы и сформулированы цели27.
27. Государственный архив Российской Федерации. Ф. 6792. Оп. 1. Д. 582. Л. 4.
46 При помощи сербского правительства РОКК (старой организации) открыл свою амбулаторию (позже расширенную до поликлиники) в Белграде и госпиталь в Панчево28. Многие русские врачи, в том числе и Сергей Квинтилианович, нашли работу в этих медицинских учреждениях.
28. Колосова В.О. Российское общество Красного Креста в Европе в 20-е гг. ХХ в. // Зарубежная Россия. 1917-1945. Сборник статей. Кн. 3. СПб., 2004. С. 16.
47 С 1921 по 1926 г. С. К. Софотеров руководил хирургическим отделением II Армейской области в Сараево29. В письме от 1925 г. он сетует на свое положение: «после тринадцати лет работы в Сербии, приняв подданство, так и не мог получить резервного санитетского [санитарного – Г.Ш.] чина выше от капитана! Вот почему, уважаемый коллега, я и стремлюсь ликвидировать свои дела здесь и приготовляюсь к переселению в более ценящую работу и людей страну»30.
29. Литвињенко Стеван. Руски лекари у Србиjи и Црноj Гори. Београд, 2007. С. 162.

30. Там же.
48 Однако, Королевство сербов, хорватов и словенцев Софотеров не покинул. В 1926 г.

References

1. Golotik S. I. Rossijskoe obschestvo Krasnogo Kresta i stanovlenie sovetskogo gosudarstvennogo apparata v 1917-1918 gg. // Gosudarstvennyj apparat Rossii v gody revolyutsii i grazhdanskoj vojny. Materialy Vserossijskoj konferentsii, 22 dekabrya 1997. M., 1998. S. 188-190.

2. Kovalevskij P. E. Zarubezhnaya Rossiya. Dopolneniya. Parizh, 1971.

3. Kolosova V.O. Rossijskoe obschestvo Krasnogo Kresta v Evrope v 20-e gg. KhKh v. // Zarubezhnaya Rossiya. 1917-1945. Sbornik statej. Kn. 3. SPb., 2004. S. 9-17.

4. Otchet khirurgicheskogo gospitalya Krasnogo Kresta im. Russkogo obschestva i g. Moskvy v Nishe // Vestnik Krasnogo Kresta. 1916. № 6. S. 1190-1191.

5. Professora meditsinskogo fakul'teta Imperatorskogo (gosudarstvennogo) Tomskogo universiteta - Tomskogo meditsinskogo instituta - Sibirskogo gosudarstvennogo meditsinskogo universiteta (1878-2003): biograficheskij slovar' v 2 t. T. 2. Tomsk, 2004.

6. Rossijskie vrachi v korolevstve serbov, khorvatov i sloventsev / Yugoslavii. Biograficheskij slovar' i ankety (1818-1946). Belgrad-Moskva, 2012.

7. Solonskij A. A. Poliklinika Rossijskogo obschestva Krasnogo Kresta st. organizatsii v Belgrade. 1920-1940. Novi Sad, 1940.

8. Litviњenko Stevan. Ruski lekari u Srbiji i Tsrnoj Gori. Beograd, 2007.

9. Padget L. With Our Serbian Allies. London, 1915.