Ukrainian politicians of Austria-Hungary and the Entente (1914–1918)
Table of contents
Share
Metrics
Ukrainian politicians of Austria-Hungary and the Entente (1914–1918)
Annotation
PII
S013038640006358-1-1
DOI
10.31857/S013038640006358-1
Publication type
Article
Status
Published
Authors
Parfirev Dmitrii 
Occupation: Postgraduate Student
Affiliation: Lomonosov Moscow State University
Address: Russian Federation, Moscow
Edition
Pages
154-161
Abstract

The article characterizes the attitude of Ukrainian circles in the Habsburg Empire towards the Entente during the First World War. Since the outbreak of the war, Ukrainians of the Danube Monarchy did not criticize the Entente as such. As it was written in Ukrainian press and propaganda pamphlets, the main originator of the war was the Russian Empire with its violence and tendency to territorial expansion. So, its «civilized» allies took part in the war only for economic reasons. In contrast to Russia, Great Britain and France were not portrayed as Ukraine’s implacable enemies. Despite this, Western Ukrainian politicians did not try to establish any contacts with authorities of Russia’s Western allies. Even after Russia’s exit from the war at the beginning of 1918, the situation did not change. Contacts between the governments of the Entente’s members were established only by private initiatives. The main problem was that most of the Ukrainian politicians were not able to leave Austria-Hungary and other Central Powers, so, they could meet with the Entente’s representatives only on neutral territory. The most remarkable of the initiatives was undertaken by Vasyl’ Paneyko, who planned to create a Ukrainian legion to fight on the side of the United Kingdom and France. The leaders of the Western Ukrainian political establishment Yevhen Petrushevych and Kost’ Levyckyj did not support Paneyko’s idea, so it failed. The political establishment of the Austro-Hungarian Ukrainians remained loyal to the Habsburgs until the collapse of the Danube Monarchy, in spite of the inconsistency of Vienna’s policy in resolving the Ukrainian-Polish contradictions.

Keywords
the Entente, Ukrainians, Western Ukraine, Galicia, Austria-Hungary, the First World War
Received
02.09.2019
Date of publication
05.12.2019
Number of characters
19862
Number of purchasers
26
Views
376
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf 100 RUB / 1.0 SU

To download PDF you should sign in

Full text is available to subscribers only
Subscribe right now
Only article
100 RUB / 1.0 SU
Whole issue
880 RUB / 8.0 SU
All issues for 2019
4224 RUB / 30.0 SU
1 Противостояние между Центральными державами и Антантой было в центре внимания украинских политиков империи Габсбургов с 1912 г. и интересовало их прежде всего в контексте судьбы украинских земель России1. В ключевых программных документах украинских организаций Австро-Венгрии периода Первой мировой войны упоминалась не Антанта, а Российская империя2. Как впоследствии отмечал украинский историк Матвей Стахив, «Антантой для украинцев была только Россия, потому что только Россия из членов Антанты была на Востоке Европы и только устами России говорила Антанта в войне на Востоке Европы. Победа Антанты на Востоке Европы для украинцев означала победу России»3.
1. Подробнее см.: Парфирьев Д. С. Приднепровская Украина в планах украинских политиков Австро-Венгрии в преддверии Первой мировой войны. – Славяноведение, 2018, № 3.

2. Речь идет, прежде всего, о воззвании Главного украинского совета (ГУС) от 3 августа 1914 г. и о воззвании Всеобщего украинского совета (ВУС) от 12 мая 1915 г. См.: Український Народе! – Діло, 3.VIII.1914; Центральний державний історичний архів України, м. Львів (далее - ЦДІАУЛ), ф. 440, оп. 1, спр. 12, арк. 1–2.

3. Стахів М. Західня Україна та політика Польщі, Росії і Заходу (1772–1918), т. I. Скрентон, 1958, с. 177.
2 Лидер украинских социал-демократов Владимир Темницкий в статье «Украинская социал-демократическая партия Австрии и война» констатировал, что Англия, в отличие от России, ведет войну не ради территориальной экспансии, а из экономических соображений. Политик был возмущен, что «либеральная культурная Англия ищет помощи у деспотической России и с диким, кровожадным царизмом заключает братство по оружию»4. Западноукраинская печать считала союз между странами Антанты ситуативным и непрочным5, противопоставляя «культурные» Англию и Францию «деспотической» России. Пресса отмечала заинтересованность союзников в участии России в войне: «Сепаратный мир Центральных держав с Россией, – писал львовский журнал «Свет», – лишил бы Англию такого богатого на человеческий материал союзника, а ведь она решила бороться до последнего… русского солдата»6.
4. Темницький В. Українська соціяльдемократична партія Австрії і війна. - Робітничий прапор, Цвітень, 1915, № 1, с. 9.

5. Участь Анґлїї у війнї. – Діло, 29.VIII.1914.

6. Мирови на зустріч (З приводу революції в Росії). – Світ, 1917, № 5, с. 75.
3 Газета «Дело», самое многотиражное украиноязычное издание в Австро-Венгрии, орган крупнейшей Украинской национально-демократической партии (УНДП), предполагала, что, возможно, после окончания войны Англия и Франция «не будут иметь никакого политического интереса в порабощении Украины, – наоборот, демократическая мысль обоих этих государств может сыграть важную роль в наших попытках обратить внимание международного политического ареопага на проблему освобождения Украины (Приднепровской – Д. П.7.
7. Діло, 10.IV.1915.
4 Хотя западноукраинские политики и публицисты сходились на том, что самым могущественным членом Антанты является Англия, среди них не было единогласия относительно того, какая из держав Антанты виновна в развязывании войны. Так, социал-демократ Юлиан Бачинский на одном из заседаний ВУС в октябре 1915 г. утверждал, что именно Англия, поняв, что без войны на суше победить Германию нельзя, прибегла к помощи России и жаждущей реванша Франции8. Иного мнения был член УНДП, историк и политик Степан Томашевский, считавший, что Англия и Франция – лишь соучастницы в войне, развязанной Россией: «Хотя нынешняя ненависть к Англии в Германии абсолютно понятна, хотя Англия – самый тяжелый противник обоих союзных государств, но все-таки это не должно оттенять того очевидного факта, что Англия в своем хорошо понятном интересе, в самой что ни на есть удобной для себя дипломатической ситуации, вступит в войну, начатую кем-то другим, а именно Россией»9. С ним была солидарна газета «Украинское слово»: «"Жандарм Европы"… сумел хитро запрячь в повозку своих интересов самые культурные государства и под прикрытием лицемерных призывов задумал стать тираном Европы»10.
8. ЦДІАУЛ, ф. 440, оп. 1, спр. 2, арк. 9 – 10.

9. С.Т. Галичина як полїтичний і воєнний чинник колись і тепер. – Діло, 13.II.1915.

10. Українське слово, 18.VIII.1915.
5 Украинские политики Австро-Венгрии долгое время игнорировали возможность установления контактов с Антантой. Член Украинской радикальной партии (УРП) Осип Назарук вспоминал, как в начале 1915 г. в Осло министр иностранных дел Норвегии Нильс Клаус Ихлен убеждал его, что ключ к решению украинского вопроса находится в руках Англии, поэтому украинцам Австро-Венгрии необходимо выступить на стороне Антанты. По словам Назарука, он изложил советы норвежского министра лидерам австрийских украинцев сначала в письме, а по возвращении из Скандинавии и лично, но его мнение учтено не было11.
11. Назарук О. Галицька делегація в Ризі: 1920. Спомини учасника. Львів, 1930, с. 50 – 52; его же. В українській дипльоматичній службі в роках 1915–1923. - Літопис Червоної Калини, 1938, № 10, с. 16 – 17.
6 Западноукраинские политики никогда не критиковали курс официальной Вены за рубежом, не говоря уже о странах Антанты. Показательна в этом отношении развернувшаяся на заседании ВУС 20 декабря 1915 г. дискуссия по поводу доведения до сведения мирового сообщества политических требований австрийских украинцев. Представитель УНДП Лонгин Цегельский предложил обнародовать соответствующую декларацию не только в Австрии, но и «в Германии, в Венгрии, в Швейцарии и других нейтральных [государствах]»12, однако о странах Антанты не упомянул. Социал-демократ В. Темницкий поддержал саму идею, но заметил, что текст декларации нужно избавить от «неудобных высказываний», чтобы он ни в чем даже косвенно не расходился с позицией, которую занял западноукраинский лагерь по отношению к Центральным державам13.
12. ЦДІАУЛ, ф. 440, оп. 1, спр. 2, арк. 23.

13. Там же, арк. 25.
7 Конечно, не все галицийские украинцы соглашались с этой линией. В апреле 1915 г. украинские студенты в Вене в письменном обращении к депутату Рейхсрата и одному из лидеров УНДП Евгения Олесницкого указали на то, что украинские политики никак не взаимодействуют с прессой и общественным мнением стран Антанты, хотя на предстоящих мирных переговорах те будут иметь весомый голос по украинскому вопросу. Студенты предлагали основать в Швейцарии украинское информационное бюро, которое бы регулярно издавало коммюнике14. Такое учреждение австрийскими украинцами создано не было, но они взаимодействовали с Украинским пресс-бюро в Лозанне под руководством политэмигранта из России Владимира Степанковского, финансируемого властями Германии15.
14. Там же, ф. 309, оп. 1, спр. 2761, арк. 4 зв.

15. О сотрудничестве Степанковского с германскими спецслужбами см.: Hoffmann J. H. V. Stepankovsky, Ukrainian Nationalist and German Agent. - The Slavonic and East European Review, v. 50, № 121 (Oct., 1972).
8 Пересмотреть свою позицию западноукраинских политиков заставил акт 5 ноября 1916 г.16 Глава УНДП и одно из главных действующих лиц украинской политики в Австро-Венгрии К. Левицкий задался вопросом о дальнейших действиях: – продолжать ориентироваться на Центральные державы или искать поддержки у Антанты. Однако украинцы не имели в странах Антанты никаких связей, а в случае установления подобных связей им грозили бы репрессии со стороны властей17.
16. В этот день германский и австро-венгерский генерал-губернаторы в оккупированном Царстве Польском провозгласили от имени своих монархов создание из оккупированной русской Польши Польского королевства. Одновременно было обнародовано решение императора Франца Иосифа I о расширении автономии Галиции. Надежды украинцев на раздел Галиции на польскую и украинскую части и создание отдельной украинской национальной провинции в составе империи Габсбургов рухнули.

17. Левицький К. Історія визвольних змагань галицьких українців з часу світової війни 1914–1918, ч. 3. Львів, 1930, с. 499 – 500.
9 До апреля 1917 г. украинцы Галиции пытались заручиться поддержкой украинской диаспоры в США. В октябре 1914 г. в Америку в качестве представителя ГУС отправился Семен Демидчук18. В конце марта 1915 г. он с разочарованием писал председателю ГУС К. Левицкому, что все национальные диаспоры в США, кроме немецкой и ирландской, настроены против Германии: «Свободная Америка следует за деспотической Россией!»19. Деятельность открытого Демидчуком пресс-бюро не привлекла внимания: в письме главе вышеупомянутого Украинского пресс-бюро в Лозанне В. Степанковскому он жаловался на нехватку новостей с Украины и просил делиться с ним информацией, чтобы в Америке заметили его работу20. В феврале 1917 г. Украинское парламентское представительство (УПП) единогласно выступило против январской ноты Антанты президенту США Вудро Вильсону, в которой выражалось намерение освободить австрийских славян. В письме, направленном в американское посольство в Вене, заявлялось, что Россия, «угнетает 35 миллионов украинского народа в своих границах так же безоглядно, как уже во время войны пыталась уничтожить украинство в Галиции»21. В апреле 1917 г., после вступления США в войну на стороне Антанты, американское направление западноукраинской политики заглохло.
18. О. Н. Українцї в Америцї під теперішню хвилю. – Шляхи, 1916, № 3-4, с. 128.

19. Левицький К. Указ. соч., с. 123.

20. Государственный архив Российской Федерации (далее - ГА РФ), ф. Р-7050, оп. 1, д. 40, л. 1 – 1об.

21. Українська Парляментарна Репрезентація про біжучі полїтичні справи. – Діло, 13.II.1917.
10 Приход большевиков к власти в России и выход ее из войны сделали теоретически возможным сближение украинцев Австро-Венгрии с Антантой. Теперь в речах западноукраинских политиков стали проскальзывать заявления, что на будущей мирной конференции придется надеяться лишь на помощь Антанты, если Центральные державы будут действовать вопреки интересам украинцев22.
22. Діло, 14.XI.1917.
11 Отношение украинских политиков к Центральным державам значительно улучшилось после подписания последними мирного договора с Украинской народной республикой (УНР) в Брест-Литовске в феврале 1918 г. УНР признавалась суверенным государством и получала оспариваемые поляками территории Холмщины и Подляшья. Вскоре лидеры украинцев узнали о дополнительном тайном соглашении о разделе Галиции и создании украинской автономии в Цислейтании23, что укрепило их ориентацию на Центральные державы.
23. Попик С. Українці в Австрії: австрійська політика в українському питанні періоду Великої війни. Кїев – Чернівці, 1999, с. 146 – 148.
12 Из видных украинских деятелей в годы Первой мировой войны установить контакт с представителями Антанты пытался только Василий Панейко, член УНДП, журналист, публицист и редактор газеты «Дело», в годы войны часто посещавший Швейцарию. В воспоминаниях Панейко писал, как в 1918 г. решил взяться за создание украинских легионов на стороне Антанты. Предполагалось, что легионы будут сформированы из австрийских украинцев, плененных армиями Антанты на итальянском и салоникском фронтах. «С ближайшими своими друзьями я говорил об этом во Львове; со знатоками военного дела мы обсуждали технико-организационную сторону вопроса и т. д. – писал Панейко. – Все мы пришли к мнению, что мне нужно из Швейцарии подготовить вопрос с Антантой – в любом случае с ведома и молчаливого согласия нашего политического руководства»24. Редактор «Дила» прибыл в Лозанну в апреле 1918 г., хотя в марте 1918 г. он писал В. Степанковскому, что в Лозанне планирует быть в июне-июле25. К. Левицкому отъезд соратника за границу весной 1918 г., когда на Приднепровской Украине произошел гетманский переворот, показался странным26.
24. Панейко В. Українські легіони по боці Антанти (Уривок із споминів). – Політика, 1925, № 1, с. 11.

25. ГА РФ, ф. Р-7050, оп. 1, д. 736, л. 22.

26. Левицький К. Великий зрив (до історії української державності від березня до листопада 1918 р. на підставі споминів та документів). Ню Йорк, 1968, с. 52.
13 В Швейцарии Панейко «поспешил возобновить свои связи»» с британским политиком, историком и публицистом Робертом Уильямом Сетоном-Уотсоном, с которым познакомился незадолго до войны во Львове27. Во время войны Сетон-Уотсон занимался в отделе по пропаганде во вражеских странах пропагандой в Австро-Венгрии. В июне 1918 г. Панейко вернулся во Львов и представил К. Левицкому план организации украинского легиона на стороне Антанты. На вопрос лидера УНДП об авторитетности связей Панейко, тот сказал, что связи можно наладить при наличии денег. «На это я ответил, что это очень опасно, потому что такими зондирующими переговорами можно спровоцировать второй Талергоф в Австрии для уничтожения нашего народа и потерять любую ожидаемую помощь со стороны Центральных держав» – вспоминал Левицкий28.
27. Панейко В. Указ. соч, с. 10.

28. Левицький К. Указ. соч, с. 53.
14 Левицкий перенаправил Панейко к главе УПП Евгению Петрушевичу. Выслушав аргументы собеседника, лидер украинских парламентариев высказал уверенность в победе Центральных держав и отказал в поддержке. Панейко был готов принять всю ответственность за создание легиона на себя и попросил Петрушевича хотя бы выделить несколько тысяч крон на дорогу и другие предварительные расходы. В этой просьбе лидер УПП тоже отказал, но пообещал редактору «Дила», что сохранит в тайне их разговор29. В разговоре с Левицким Петрушевич отметил, что считает нечестным предавать Центральные державы30.
29. Панейко В. Указ. соч., с. 47 – 48.

30. Левицький К. Указ. соч, с. 54.
15 Воспоминания Панейко вызвали неоднозначную реакцию в среде украинской эмиграции, поскольку в них резко критиковалась позиция тогдашнего украинского политического истеблишмента, по словам автора, «слепо шедшего на немецко-австрийском поводке» и «неприлично провокационно» ведшего себя по отношению к Антанте31 Кто-то даже сообщал новую информацию, которая должна была подтвердить стремление украинских политиков Австро-Венгрии наладить контакты с Антантой. В статье 1927 г. Цегельский заявил, будто в июне 1918 г. «миссия» Панейко в Швейцарию «была одобрена украинскими депутатами парламента, искавшими связей с Антантой»32. Некоторые, как, например, Осип Назарук в изданных в 1930 г. воспоминаниях, сетовали на нерешительность украинских парламентариев: «Было вполне достаточно, чтобы в Швейцарию выехали тогда три-четыре наших депутата из австрийского парламента, и чтобы они, подобно чехам (которые тоже советовали президенту Петрушевичу сделать так), опубликовали соответствующее заявление, которое подстраховало бы нас и с другой стороны, со стороны Антанты»33. Достоверного подтверждения со стороны других представителей украинской политической элиты откровения Панейко не получили.
31. Панейко В. Указ. соч., с. 10.

32. Цегельский Л. Як се було? Спогади з часу повстання української держави. - Український Вістник, 1927, № 4, с. 3.

33. Назарук О. Галицька делегація в Ризі, с. 51.
16 Искренность Панейко поставил под сомнение историк Николай Чубатый. Исследователя смутило и то, что Панейко, будучи сторонником сближения с Антантой, поддерживал германского ставленника гетмана Скоропадского, и то, что переходу на сторону Антанты и созданию легионов под ее началом воспрепятствовали такие, казалось бы, мелочи, как отказ Петрушевича и Левицкого дать «благословение» и несколько тысяч крон. Чубатый заключал, что Панейко или легкомысленно относился к собственному плану, или просто описал в своем очерке «фантазии, сконструированные значительно позднее»34.
34. М. Ч. Сторінка з минувшини. Українські леґіони по боці антанти та їх творець. – Діло, 21.XI.1925.
17 Летом 1918 г. последняя надежда украинских политиков Цислейтании рухнула. Благодаря усилиям министра иностранных дел Австро-Венгрии Иштвана Буриана, который был противником раздела Галиции и создания в ней украинской автономии, 16 июля 1918 г. украинский экземпляр тайного соглашения о разделе Галиции, хранившийся в Берлине, был уничтожен35. Об отказе Вены от прежних намерений украинцы узнали быстро – на первой же встрече с представителями УПП Макс Гуссарек, в июле 1918 г. возглавивший правительство Цислейтании, твердо заявил, что не может дать никаких гарантий насчет будущего Галиции36. Австрийские украинцы могли надеяться лишь на то, что при определении нового территориального устройства Восточной Европы Антанта будет руководствоваться правом национальностей, декларируемым В. Вильсоном и его партнерами по войне с Германией.
35. Попик С. Указ. соч., с. 153 – 154.

36. Левицький К. Указ. соч., с. 82.
18 Украинские политики сохраняли лояльность Вене до самого распада империи Габсбургов. О своей преданности трону депутаты-украинцы постоянно напоминали с парламентской трибуны. Так, социал-демократ С. Витик подчеркивал, что из-за своей безоговорочной лояльности Центральным державам украинцы «не пользуются никаким расположением со стороны держав Антанты» и не могут «втереться в доверие к всесильному ныне Вильсону»37, а Е. Петрушевич напоминал, что у украинцев не было легионов во Франции и России, а только легион в Австро-Венгрии, никогда не воевавший против австрийской армии38. Даже 19 октября 1918 г., когда дни Австро-Венгрии были сочтены, на заседании Украинского национального совета его глава Петрушевич заявил, что поскольку Антанта поддерживает Польшу, украинцам нельзя полностью порывать с Веной39.
37. Stenographische Protokolle über die Sitzungen des Hauses der Abgeordneten des österreichischen Reichsrates. 1917 bis 1918. XXII Session. Wien, 1918, S. 4594 – 4595.

38. Ibid., S. 4048 – 4049.

39. Боберський І. Щоденник 1918–1919 рр. Кїев, 2003, с. 29.
19 Итак, во время Первой мировой войны западноукраинские политики не предпринимали попыток установить контакты с правительствами стран Антанты. Даже после выхода из войны России – казалось бы, главной помехи на пути к возможному сближению, - австрийские украинцы оставались самым преданным Габсбургам славянским народом Дунайской монархии, даже после отказа Франца Иосифа I в 1916 г. создать отдельную украинскую провинцию в составе Цислейтании. Парижская мирная конференция не оставила надежды на признание Антантой Украинской и Западноукраинской народных республик как суверенные государства ни по отдельности, ни вместе.

References

1. Bobers'kij І. Schodennik 1918–1919 rr. Kїev, 2003.

2. Levits'kij K. Іstorіya vizvol'nikh zmagan' galits'kikh ukraїntsіv z chasu svіtovoї vіjni 1914–1918, ch. 3. L'vіv, 1930.

3. Levits'kij K. Velikij zriv (do іstorії ukraїns'koї derzhavnostі vіd bereznya do listopada 1918 r. na pіdstavі spominіv ta dokumentіv). Nyu Jork, 1968.

4. M. Ch. Storіnka z minuvshini. Ukraїns'kі leґіoni po botsі antanti ta їkh tvorets' – Dіlo, 21.XI.1925.

5. Nazaruk O. V ukraїns'kіj dipl'omatichnіj sluzhbі v rokakh 1915–1923. - Lіtopis Chervonoї Kalini. 1938, №10.

6. Nazaruk O. Galits'ka delegatsіya v Rizі: 1920. Spomini uchasnika. L'vіv, 1930.

7. O. N. Ukraїntsї v Ameritsї pіd teperіshnyu khvilyu. – Shlyakhi, 1916, № 3-4.

8. Panejko V. Ukraїns'kі legіoni po botsі Antanti (Urivok іz spominіv). – Polіtika, 1925, № 1, 3.

9. Parfir'ev D. S. Pridneprovskaya Ukraina v planakh ukrainskikh politikov Avstro-Vengrii v preddverii Pervoj mirovoj vojny. – Slavyanovedenie, 2018, № 3.

10. Popik S. Ukraїntsі v Avstrії: avstrіjs'ka polіtika v ukraїns'komu pitannі perіodu Velikoї vіjni. Kїev – Chernіvtsі, 1999.

11. Stakhіv M. Zakhіdnya Ukraїna ta polіtika Pol'schі, Rosії і Zakhodu (1772–1918), t. I. Skrenton, 1958.

12. Temnits'kij V. Ukraїns'ka sotsіyal'demokratichna partіya Avstrії і vіjna. - Robіtnichij prapor, Tsvіten', 1915, № 1.

13. Tsegel's'kij L. Pіslya 573 lіt prіrvi. - Ukraїns'kij prapor, 1919, № 23-25.

14. Tsegel's'kij L. Yak se bulo? Spogadi z chasu povstannya ukraїns'koї derzhavi. - Ukraїns'kiĭ Vіstnik, 1927, № 4.

15. Hoffmann J. H. V. Stepankovsky, Ukrainian Nationalist and German Agent - The Slavonic and East European Review, v. 50, № 121 (Oct., 1972).

16. Stenographische Protokolle über die Sitzungen des Hauses der Abgeordneten des österreichischen Reichsrates. 1917 bis 1918. XXII Session. Wien, 1918.